Меню
ГРАНИЦА СУДЬБЫ

21.12.2020

50


Граница судьбы

     Двадцать шестого декабря гомельчанин Наум Львович Каплан отметит свой 94-й день рождения. Ныне подполковник в отставке впервые надел форму еще во время Великой Отечественной войны, а затем более тридцати лет служил в пограничных войсках КГБ СССР. Сохранивший бодрость духа ветеран является кавалером многочисленных наград и почетным пограничником Гомельской пограничной группы.

Ветеран пограничной службы Наум Львович Каплан.

Ветеран пограничной службы Наум Львович Каплан 

Из мальчишек — в офицеры

         Детство Наума Львовича прошло в родном Витебске в обычной семье фабричных рабочих.

     22 июня 1941 года мальчишка вместе с друзьями пришел на планировавшееся заранее мероприятие в Доме пионеров. Там и узнали страшную новость: война. Реальных масштабов трагедии тогда еще никто не мог представить. А уже через несколько дней начались налеты вражеской авиации, Витебск подвергался бомбардировке. Отца сразу же забрали на строительство оборонительных сооружений, где впоследствии он и погиб. Сам подросток вместе с матерью, сестрой и тетей оказался в эвакуации.

       Школу Наум окончил в Красноярске, а в октябре 1944-го был призван в армию, хотя на тот момент ему еще не исполнилось восемнадцати лет. Но в годы Великой Отечественной войны такое «ускорение» было обычным явлением. Парень среди сотен других коротко стриженных призывников оказался на распределительном пункте. Здесь решались тысячи судеб, формировались команды для отправки на фронт. Но у Наума была иная судьба: его направили в Новосибирское военно-пехотное училище. Так определилась его офицерская стезя.

Снимок из личного архива ветерана.

Снимок из личного архива ветерана

Приказы не обсуждаются

      Изначально предполагалось, что учеба по ускоренной программе займет всего полгода. Однако по мере того как развивалось советское наступление, становилось ясно, что бросать совсем еще зеленых мальчишек в горнило войны нужды уже нет. Постепенно срок обучения продлевался.

       — Конечно, настроения тогда уже царили оптимистичные, — вспоминает ветеран. — Исход войны был очевиден, и все понимали, что враг действительно будет скоро разбит. В мае 1945-го мы находились в полевом лагере. Когда пришло известие, радовались, обнимались, кричали «Ура!» А потом продолжили подготовку по плану. Мы ведь оставались военными, будущими офицерами, и приказа идти домой нам никто не давал.

      Специальность «командир минометного взвода» и прилагавшиеся к ней погоны с двумя маленькими звездочками курсанты получили в 1947 году. В то время Советский Союз активно укреплял защиту своих рубежей на Дальнем Востоке. Проигравшая недавнюю скоротечную войну Япония была настроена, говоря откровенно, недружественно. Двадцатилетний лейтенант Каплан получил свое первое назначение. Служить предстояло в Тихоокеанском пограничном округе. Сперва — в комендатуре и на заставах Хасанского пограничного отряда, охранявшего сухопутный участок. А через полтора года командование приняло решение перевести молодого офицера на морскую заставу.

       — Тогда я, честно говоря, этому не обрадовался, — признается Наум Львович. — Во-первых, просто не хотелось менять часть. К тому времени уже обвыкся, узнал специфику службы, сдружился с товарищами. Во-вторых, я сухопутный офицер, как-то не представлял себя моряком. Но мы люди военные и по уставу приказы не обсуждаем, а выполняем.


Наградной кортик

Наградной кортик

Как у себя в море

      Так Каплан оказался на небезызвестном острове Шикотан. Этот участок суши площадью чуть более 250 квадратных километров успел побыть в составе Российской империи, Японии, СССР и современной Российской Федерации, оказавшись в эпицентре территориального спора, не разрешенного по сей день. Осенью 1945-го в ходе Курильской десантной операции остров заняли советские войска, а чуть позже над ним была установлена юрисдикция СССР.

     Первое время вместе с супругой пришлось жить в здании клуба, где квартировало еще 15 офицерских семей. К трудностям полевого быта пограничникам, а за компанию и их близким, не привыкать. К слову, там, на Курилах, родилась и старшая дочь Галина, этот факт лег в основу семейной шутки. Дескать, есть повод ходатайствовать перед Японией о предоставлении гражданства. Или хотя бы о назначении пенсии в иенах.

          Служба на морских рубежах оказалась еще тяжелее, чем на суше:

       — В основном задерживали японские рыболовецкие суда, нарушавшие границу СССР. Погони происходили постоянно. Браконьеры выходили на маломерных судах и, увидев нас, сразу пытались уйти в нейтральные воды. А там мы их преследовать уже не имели права. В крайних случаях для принудительной остановки использовалось оружие, открывали огонь по плавсредствам.

      Для браконьеров это был весьма доходный промысел, терять который они, несмотря на риск, не хотели. Сквозь пальцы на происходящее смотрело и японское правительство, по-прежнему считая, что это их территория, где они вольны хозяйничать как заблагорассудится.

Просто достойный человек

     После была служба в Латвийской ССР — в городе Лиепая на побережье Балтийского моря базировалась бригада катеров. Заключительным этапом стал Мурманский пограничный отряд, заставы которого располагались вдоль Баренцева моря. Тогда же довелось спасать пассажиров и экипаж шведского судна, которое вышло из строя и терпело бедствие. Благодаря помощи советских пограничников все закончилось благополучно.

       В 1976 году капитан второго ранга (подполковник в сухопутной системе воинских званий) Наум Каплан был уволен в запас, прослужив в пограничных войсках КГБ СССР 32 календарных года, 21 из них — в морских частях. Некоторое время после этого вел начальную военную подготовку в одной из школ Мурманска.

      Получив квартиру, вернулся на постоянное место жительства в Беларусь. Много лет активно занимался общественной работой в ветеранских организациях. А в 2001 году был зачислен почетным пограничником в войсковую часть 1242 (Гомельская пограничная группа). Не раз своими глазами наблюдал, в каких условиях несут службу стражи границы сегодня:

      — Когда еще позволяло здоровье, был на речном участке границы в Лоевском районе. На одном из современных катеров прошлись по Днепру. Маневренность, скорость такая, что дух захватывает! Не говоря уже о современных технических средствах — датчиках, видеонаблюдении. Мы обо всем этом и мечтать не могли. На первой заставе, где я служил, сигнализация такая была: на проволоку вешали пустые консервные банки. И если нарушитель заденет, они гремят друг о друга.

     На форменном кителе ветерана более двух десятков наград, среди которых медали «За Победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.», «За боевые заслуги», «За отличие в охране Государственной границы СССР». Однако во время нашей беседы Наум Львович не единожды подчеркивает:

        — Выдающимся героем я себя не считаю. За все время лично мне не доводилось напрямую участвовать в боевых действиях, применять огнестрельное оружие. Я просто добросовестно нес службу по охране государственной границы, свято чтил и исполнял присягу. Воспитал двух замечательных дочерей, которые сегодня уже заботятся обо мне. В общем, старался быть настоящим офицером, гражданином, патриотом Родины и просто достойным человеком. По-моему, это вечные ценности и мне удавалось им следовать.